Старый дом напротив окон Елены скован холодом и смертью. Его черные окна мертво смотрятся среди бело-морозной ночи. Елене не спится, вздохнув, она отходит ото окна. Ее знобит, еще плотнее укутавшись в свой махровый халат, положив голову на подушку, Елена пытается уснуть. Сон постепенно опускается на ее отяжелевшие веки.
Она встает с постели, ей душно. Снимает с себя все, оставшись обнаженной. Ей необходимо узнать, что же все-таки творится в этом здании? Уже глубокая ночь. Елена на голое тело набрасывает шубу, платок на голову и берет кухонный нож, быстро выходит из дома, выбегает. Нож почему-то падает, она его подбирает, смотрит вокруг - никого, не единой души. Елена торопится, очень торопится к этому светящемуся глазу в старом здании общежития, даже не задумываясь, как она туда проникнет. Пробираясь сквозь высокие заборы снега, она наконец стоит у затасканной двери заброшенного общежития. Проем всегда закрыт, так как ведет в ту часть здания, в которой уже много лет никто не живет, а когда-то он был главным входом, теперь, весь потертый , с трещинами по полотну, неприятно окрашенный в какой-то грязно-розовый цвет. Елена в раздумье, может повернуть, страх сжимает ее, проходя ознобом по всему телу, но она все же берется за ручку двери и тянет ее на себя. Дверца податливо и легко, но с неприятным скрипом открывается, как будто уже давно ждет Елену. Шаг в темноту, нужен фонарик, а в руках Елены нож, она бросает его, от удара по зданию отдается глухой звук. Елена в напряжении стоит, привыкая к темноте. Она помнит, что перед входом должна быть небольшая лестница в две-три ступени и коридоры первого этажа, уходящие в разные стороны. Но ей нужна большая лестница на второй этаж. Вот она, виднеется в оконных отсветах. Осторожно, стараясь быть бесшумной, Елена начинает подъем по лестнице, но раздается неприятный скрип. Это она ступила, кажется, на разбитое стекло. Вздрогнув, Елена слышит голоса на втором этаже. Много голосов, как будто работает целая команда мужчин, они переговариваются по телефону, получают какие-то указания, у них шумно, ощущение работы какого-то военного штаба, но не армейского, скорее гражданского. Голоса неразборчивые, говорят на непонятном Елене языке. И чем выше поднимается Елена по ступеням лестницы, тем сильнее слышны их выкрики, фразы, какие-то шутки. Вот и видна приоткрытая дверь, и голубой свет пробивается сквозь тьму, озаряя заброшенный коридор. Елена пытается тихо, без шорохов продвинуться ближе к этому свету, но ее шаги гулко отдаются в пустынном пространстве здания. Вдруг голоса замолкают. Елена вросла в стену, слышно только, как бьется ее сердце. Зачем она здесь? На какую гибель идет? Преодолевая страх, она заходит в светящуюся комнату и обнаруживает, что в ней никого нет! Вот недокуренные сигареты, бокалы с кофе, какие-то пакеты, разбросанные листы бумаги, техника и пустота! А где люди? Страх еще больше сковывает Елену. Они только что были здесь, переговаривались, звонили по телефону. Что-то печатали на ксероксе. В оцепенении, ощущая какое-то жутко-мутное состояние, она стоит у входа в комнату. Нет, надо идти дальше, направо, по бесконечно длинному коридору, мимо пустынных заброшенных комнат к той комнате, где должен быть зеленый глаз! И чем дальше она продвигается направо, тем отчетливее слышит шум работающей техники, скорее, шум огромного процессора. Вот он зеленый свет и дверь. Елена дергает ручку двери на себя, но она не поддается, слишком тяжелая, обшита стальными листами. Напрягая последние силы, она дергает дверь, и ужас охватывает Елену. Перед ней процессор, заполнивший все пространство комнаты, со светящимся, совершенно живым, огромным человеческим глазом смотрит на Елену. Глаз этот поразительный, такой, пожалуй, не встретишь в жизни у реального человека, он влажный и цвета удивительного, соединяющего зеленый и синий, какой-то бирюзовый. Он пугает и восхищает одновременно. Ему как- будто понятен безмолвный вопрос Елены.
-Я совершенный компьютер, ты не должна меня бояться… - Елена слышит механический голос, лишенный каких бы то ни было интонаций.
Он звучит в ее голове так, что вся душа Елены сжимается от страха и от мысли:
- Это же монстр, так безобразно объединивший в себе человека и машину!
Она просыпается, как от толчка, подходит к окну, всматривается в своего соседа напротив. Только теперь заброшенное общежитие стоит в полном безмолвии, нет никакого света из окон, кроме луны и звезд, и ночи. Что же значит этот сон? И как теперь снова уснуть?
![Жё тэм, мон шер...
Автор: Виктор Владимирович Королев Жё тэм, мон шер...
Автор: Виктор Владимирович Королев](https://storage.fabulae.ru/images/books/book_1891e.jpg)
За это надо нгаказывать - за злой умысел.
А если это не злой умысел - то наказывать надо за тупость мышления.